Выжить среди руин

Всегда была человеком, который не верит в судьбу.
Для меня есть человек, его воля и борьба.
Чудеса были связаны с конкретными людьми.
Но вот после истории с Сергеем Владимировичем, начала задумываться.
В последнюю нашу поездку на Донбасс, нам дали его адрес, чтобы отвезти гуманитарную помощь (читать здесь).
Адрес, это, конечно, громко сказано.
Его дом в Хрящеватом еще в августе был разрушен под основание артобстрелами.

Continue reading

А что для вас 400 рублей?

— Вы меня узнали?
— Доченька! Конечно!!!
Галину Васильевну мы нашли быстро.
Можно сказать благодаря ней, мы стали возить помощь в Хрящеватое.
Зимой заехали сделать фотографии. Обрушенные дома, бтры и куски военной техники.
А увидели ее, идущую тихонько между сгоревшими танками и обломками заборов.
Хрящеватое поселок небольшой.
Был маленький, а стал совсем крошечным, почти превратившись в руины
До сих пор половине поселка не дали свет. Воды нет ни у кого. Пенсий, пособий и зарплат тоже. Живут сборами с огорода и крохами гуманитарной помощи, которая почти до них и не доходит.
Галина Васильевна маленькая, почти крохотная. Хочется ее обнять, и взять на руки.
Мы приехали, как и обещали

Continue reading

Один

Куценко Сергей Владимирович.
Дом полностью разрушен еще в августе при артобстреле. Семьи нет, живет один, в бараке…
Девчонки из сельсовета Хрящеватого помогали нам развозить гуманитарную помощь.
— Он болеет давно, с ногами у него что-то. Гниют вроде. Не знаю.
Мы подъезжаем к одноэтажной застройке, а его дома нет
— Далеко не уйдет.
Сергей Владимирович шел с одним костылем, перемотанным изолентой и сломанным. Еле шел — вокруг камни, колдобины, ноги подкашиваются. Костыль тоже еле держится и подгибается.
А ведь электричества и воды нет.
Я не знаю почему, но он мне в душу запал

Continue reading

Спасая жизнь

— Неделю назад пришло пять прямых попаданий, не считая котельни.
Посещение первомайской больницы — самое мощное из всего, что видела на Донбассе. Самое страшное и тягостное.
У парадного входа в больницу стоит молодая медсестра и курит.
— Вам кого?
— Мы гуманитарную помощь привезли. У вас же в подвалах люди?
Усмешка на лице
— Мы тут живем. Вам Николая Александровича?
11050888_10152688947986404_584456379_n
Continue reading

Заметки с войны

В моей жизни за последний месяц произошли глобальные изменения.
Окутал такой мрак, что сложно передать.
Многочисленные истории, услышанные в Новосветловке, Луганске, Первомайске не дают покоя.
Детские лица, надписи на домах, бабушки еле шагающие по лестницам за хлебом, дома с разрушенными подъездами…
Больше всего в мире хотела бы расслышать эти истории. Забыть эти лица. Хочу ходить по магазинам и кино, и спорить яростно в интернете, как раньше, о том, кто прав, а кто виноват.
Но с другой стороны — это жизнь, и я ее должна знать. Запомнить ее. Все мы должны знать, и не отворачиваться. Не прятать голову, и понимать: война — это, черт возьми, не сводки с мест, не бравурные заявления главнокомандующих. Война — это вечная боль и страх.
— Летом мы хоронили трупы в огородах. Такая бомбежка шла, что у дома могли только закопать… А в городе стоял трупный запах. Сколько погибло — до сих пор неясно. Бывает, что тело может лежать в квартире долго. И никто не знает. Может до сих пор где-то кто-то лежит…

Continue reading

Сбор гуманитарной помощи

Всю мою жизнь гуманитарная помощь оставалась чем-то из детства. Тушенкой, киндер-сюрпризами из начала 90ых. Когда американцы высылали еду, а мы стояли за ней в очередях. Это были пакеты сухого молока, какие-то коробки, а еще игрушки. Что-то из детства. Что-то такое далекое. Тогда и услышала слово «гуманитарный» в первый раз. Были тяжелые времена и было туго. Но мы не голодали. Был дефицит, не хватало много чего. Но мы жили. Это помогало, но не спасало.
Но я никогда в жизни не могла представить, что настанет в жизни момент, когда увижу, что гуманитарная помощь —  единственное, что помогает выжить. Моя подруга Оксана, написала у себя на страничке в сети: «впервые в жизни на купюру в 100 рублей я посмотрела как на 2 пачки макарон, которые способны прокормить, пусть и недолгое время, людей»
Мне так хочется писать веселые посты о моем детстве. Мне так хочется вывешивать фотографии из моих путешествий. Мне больше всего в мире хочется, чтобы не было повода для сбора денег и этих постов.
Continue reading

Эгладор! часть 2

Первую часть читать здесь
Первое, что сделала, приняв новую жизнь — обновила гардероб (не ходить же как цивил?!). Свои штаны решила расшить. Шить категорически не умела, как впрочем и вышивать. Что смогла — сделала. От привычного «Толкиен жив» или «Толкиен forever», пошла дальше — вышила даже что-то рунами вроде патетического «О, Валинор!».
Еще обратила внимание, что многие уважающие себя эгладорцы, носят на голове полоски. Моя подруга, сумеречный эльф Айрэн (в миру Маша) — тоже хоббитского вида юная «дева», не старше 15 лет, с плащом из цветной простыни осведомила — «Хайратник». Хайратник — стал новой бедой для учителей и соседей, которые твердо уверовали, что я попала в секту, и почти на грани того, чтобы спиться или сколоться. Эти «полоски» у меня были разные — из бисера, из кожи, из тесемочек. И главную миссию выполняли — повергали в инфаркт родственников, продавцов и знакомых родителей, и стали тем, что вознесло меня на высоченные миры Лотлориена и прочих божественных мест.
Были выволочены из стенного шкафа родителей все бабушкины юбки, тряпки и платья. Эльфов называли, между прочим, занавесочниками. Я не стала идти против традиции, расширив ее шторами, наволочками и кружевами.
Рюкзак же, который перекочевал от старшего брата в мои руки, был мгновенно исписан замазкой. Вначале на нем значились высокопарные фразы на эльфийском и с переводом на русский. По мере накопления опыта пребывания в Нескучном, надписи и атрибутика усложнялись, и к ним добавились неожиданно новые — «Цой жив», «Бутусов — да!» и прочий хрестоматийный ужас.
Continue reading

Эгладор! О боже, я толкиенист

— Нарекаю тебя отныне… Нимродэль!!! — торжественно произнес Гэндальф, невысокого роста молодой человек с жиденькими бакенбардами, в очках и кожаной куртке. Вид у него был скорее, как у кота Базилио, чем как у крутого мага. Но Нимродэль, т.е. меня, это слабо волновало. Опустив обмотанноую голубой изолентой хоккейную клюшку, изображающую меч, маг закончил «крещение».  Сердце бешенно билось, душа воспарила —  я прошла инициацию и стала членом большой «братии» толкиенистов.
С этого момента, я уже была не какая-нибудь обычная школьница, «цивил» — как я уже спустя полчаса презрительно буду называть всех нормальных и здоровых людей, а самый настоящий эльф.
Хотя, если быть честной, мне в пору было бы стать гномом, а точее даже хоббитом.
Но куда мне! Само собой желающих было не так уж и много. Кто захочет быть страшным и мерзким орком, или мелким и волосатым хоббитом?
Самой популярной «национальностью» была естественно эльфийская. Они ведь все поголовно красивые, умные, ну и бессмертные. Ну и я поддалась стадному инстинкту. Поди не дура — тоже захотелось стать умной и красивой. Кхе. Людьми не становились, ну только если очень знаменитыми — Баромиры, Фаромиры, ну и, конечно, была масса Арагорнов. Не считая великой четверки (бродило около дюжины Фродо, Сэмов, Пиппинов и Мэрри), хоббиты были тоже не на топовых позициях. И это было в махровые 90-ые, когда ни о какой экранизации «Властелина колец» и речи не шло.
Continue reading

Око за око

Сидели мы как-то на днях в саду и пили, как водится, портвейн массандровский. Зашел разговор о различных безумных историях, о религиозных экстазах и наркотиках. И тут я вспомнила историю, рассказанную мне когда-то Серегой.
Был у него приятель, точнее приятель друга. История довольно старая, что частностей не помню. Но помню главное.
Этот самый приятель наелся то ли лсд, то ли амфетаминов или еще чего посерьезнее.
И случился у человека религиозный приход. Да такой мощной силы, что у человека заклокотало все. Всеми фибрами души он почувствовал Бога в себе. Да так сильно, что взял Библию, и поехал к храму Христа Спасителя.
Встал на улице под куполами, и начал читать. И каждая строчка рубит, как топор. Чувства подкатили к нему, и читает каждую фразу, и каждое слово отдается в каждой клеточке его бытия. Мир изменился.
«Если же правый глаз твой соблазняет тебя, вырви его и брось от себя»
Continue reading

Пришельцы среди нас!

Стою я на днях у метро часов так в 9 утра. Встреча у меня с человеком.
Рядом стоит чернокожий студент, видимо, из Университета Дружбы Народов и тоскливо раздает листовки с призывами купить розы по бросовой цене.
Стоит жара, мы забились в единственный тенек в округе — под одиноким деревом.
Как вдруг откуда-то сзади выныривает человек с полным ртом золотых зубов в одежде охранника, с редкими сальными волосенками.
И очень загадочно улыбается, как будто знает что-то такое, чего никто не знает.
Судя по лицу, он явно уже с утра опохмелился. Не подумайте, что я считаю это чем-то зазорным. Что вы!
Но просто вид его, как бы это сказать мягче — был несколько маргинальным.
Есть охранники, такие мачо молодые, с большими сексуальными ботинками, в которые заправлены крутые штаны. Ну и здоровые бицепсы-трицепсы, и их общий вид заставляет забыть о том, что самцам нужно уметь думать.
Он же был не этот, а другой вид — тот, который в лучшем случае гоняет бомжей в переходе, и то делает сиё плохо.
Continue reading